Единый цифровой рынок: Обоснование

Правила ЕС для онлайн и цифровых покупок (официальный документ)

На едином цифровом рынке права и обязанности, возникающие между трейдерами, занимающимися электронной коммерцией, и их потребителями, должны регулироваться и определяться общими правилами и принципами. Право ЕС обеспечивает потребителям ЕС защиту вне зависимости от формы приобретения товаров. Гармонизированное законодательство ЕС гарантирует безопасность товаров, выпущенных на рынок. Более того, в директиве о правах потребителей (2011/83/EC) закреплены определенные, полностью гармонизированные аспекты потребительского законодательства и договорного права, применяемые к онлайн продажам напрямую потребителям, такие как обязательное преддоговорное информирование потребителя и право расторжения договора. Тем не менее, в других областях действует минимальный набор правил ЕС, который может быть дополнен строгими требованиями государств-участников. Например, в директиве о потребительских продажах (1999/44/EC) закреплен минимальный уровень гармонизации доступных механизмов защиты прав, применяемых, если физические товары не соответствуют условиям договора продажи. Государства-участники могут установить дополнительные правила сверх тех требований, что установлены директивой о недобросовестных условиях контракта (93/13/EC), которые предусматривают защиту от недобросовестных положений B2С контрактов по физическим товарам и цифровому контенту, в отношении которых не были проведены переговоры в индивидуальном порядке.

Также есть специальный раздел европейского законодательства, защищающий потребителей при онлайн покупке специальных товаров. Например, в сфере потребительского кредитования, заемщики имеют право получить стандартизированные проспекты, преддоговорные и договорные сведения. Если информационный носитель не предоставляет исчерпывающую информацию, кредиторы обязаны ее предоставить сразу после заключения договора. Во всех случаях дистанционного маркетинга финансовых услуг потребители имеют право получить информацию о личности трейдера и о свойствах продаваемого продукта до заключения договора, а также расторгнуть договор в течение 14 дней после его заключения (или после принятия условий и положений).

Для цифрового контента (стриминг музыки, фильмов или спортивных мероприятий вещаемых через интернет) применяется национальное договорное право, но соответствующие права и обязанности, так же как и средства защиты права, отличаются. Это обусловлено не только различиями в национальных законодательствах, но также и потому, что соответствующие договоры на поставку (к примеру, загрузка или стриминг) соответствующих продуктов в государствах-участниках квалифицируются по-разному. Некоторые государства-участники применяют правила договоров об оказании услуг, другие применяют правила договоров аренды, третьи применяют правила договоров продажи. Такое комплексное регулирование приводит к фактической правовой неопределенности, которая в свою очередь препятствует расширению бизнеса за пределами территориальных границ. Более того, существует явный риск принятия государствами-участниками специальных, отличающихся от общеевропейского законодательства, национальных законов. Например, Соединенное Королевство недавно предложило новые правила качества корреспондирующих средств защиты права для всего цифрового контента. Нидерланды также предложили правила соответствия и защиты прав, но государство намеревается применять эти правила только к определенным категориям цифрового контента, исключая такие онлайн сервисы как новости или кино по подписке и спортивные мероприятия.

В то время, как онлайн трейдеры могут выбирать и применять к B2C транзакциям договорное право их собственного государства-участника, если продукт или сервис предназначается для потребителя другого государства-участника, то обязательные требования защиты прав потребителя, установленные его национальным законодательством, должны соблюдаться. Также в случае конфликта в подобных ситуациях потребитель может обратиться в суд своей страны домицилия. На практике трейдеры сталкиваются с трудностями понимания применения существующих правил для цифровой среды. Более того, потребители цифрового контента часто сталкиваются несбалансированными условиями заключаемых контрактов. Цифровой контент продается как готовый конечный продукт на основании необсуждаемого договора, иными словами, пользователь не может повлиять ни на свойства или характеристики товара, ни на положения заключаемого договора. Эти существующие договоры содержат много положений, которые не могут быть оспорены в суде на основании UCTD, так как они могут быть признаны не подпадающими под “порог недобросовестности”, установленный UCTD. Как бы то ни было, подобные положения договоров играют на руку только поставщику, а потенциальный риск и потери остаются уделом пользователя. Таким образом, положения договора увеличивают наносимый пользователю ущерб, способствуя тем самым уменьшению его доверия.