Почему Верховный Суд в Мексике отказался целиком заблокировать пиратский сайт?

Да потому что блокировка может коснуться не только распространения нелегального контента, но и легального. С одной стороны, блокировка будет обеспечивать защиту прав и интересов одних правообладателей, чьи объекты интеллектуальной собственности распространяются в нарушение закона, но, с другой стороны, при этом могут нарушаться права и интересы других лиц, когда деятельность ресурса никоим образом не затрагивает права и интересы правообладателей, чей контент охраняется законом.

В 2015 году Институт промышленной собственности Мексики, профильное ведомство, обязало интернет сервис провайдера заблокировать один интернет ресурс. Этот ресурс предлагал скачивание музыки, права на которую не всегда очищались должны образом. Интернет провайдер дерзнул ослушаться и оспорил решение в суде.

Аргументы провайдера заключались в том, что блокировка была общая, она ограничивала доступ к той музыки, права на которую не нарушались. В итоге стороны дошли до верховного суда. Суд посчитал, что тотальная блокировка пиратского ресурса сама по себе диспропорциональна. Нельзя обязывать интернет сервис провайдеров блокировать доступ к таким веб-сайтам, потому что такая блокировка ограничит доступ к легальному контенту и будет нарушать свободу выражения.

Законодательство Мексики допускает блокирование ресурсов, но эти блокировки должны предназначаться для определенного контента, в данном случае – нарушающего права – а не для всего сайта целиком. Блокировки должны не только преследовать цель исполнения закона, они должны ему соответствовать, в том числе требованиям необходимости и пропорциональности, так как ограничение права свободы выражения должно относиться к определенному контенту.

Общая блокировка работы определенных веб-сайтов и систем может нарушать право человека на свободу выражения. Общее требование к сервис провайдеру заблокировать ресурс равнозначно цензуре и нарушает конституцию. Такую блокировку сравнили с остановкой печатного станка только за печать одного произведения без надлежащего разрешения.

Решение верховного суда создало прецедент, а заодно внесло разъяснение в существующую практику. Теперь придется искать контент, указывать на него, или разрабатывать другие меры борьбы с нелегальным распространением контента.