Написанная на основе фотографии картина не нарушает авторские права фотографа

Нужно ли художнику, для написания картины на основе фотографии, получать разрешение от автора фотографии? И если такого разрешения не было получено, а фотограф узнал о картине только post-factum, было ли нарушение авторских прав фотографа? Верховный суд Швеции решил, что картина на основе фотографии является новым и независимо созданным произведением, а потому, не нарушает права фотографа.

Фотограф Йонас Лемберг (Jonas Lemberg) посвятил несколько дней одному человеку, которого обвиняли в правонарушении, с целью сделать хорошие фотографии. Фотографии получились и циркулировали в медиа сфере. Художник Маркус Андерссон (Markus Andersson) написал картину на основе одной фотографии Лемберга. Художника пригласили на выставку, где также демонстрировалась одна из его картин – именно та, написанная на основе фото.

Когда фотограф узнал о картине, он обвинил художника в нарушении его авторских прав на фотографию. Начались судебные разбирательства. Окружной суд посчитал, так как в картине акцент делался на обвиняемого, запечатленного также на фото, то картина не может рассматриваться как новое и независимое произведение, она может быть только адаптацией оригинального произведения, то есть фото.

Апелляционный суд решил наоборот – это не адаптация, а новое и независимо созданное произведение. “Лицо человека на портрете было выделено и выглядит менее угловатым, чем на фотографии. Более того, цвета на картине более приглушены и адаптированы к заднему фону, что также обуславливает некоторую разницу в том, как свет падает на лицо.” В итоге спорящие стороны дошли до верховного суда, где главный вопрос заключался в том, является ли картина на основании фото независимо созданным произведением или она все-таки адаптация фотографии?

Законодательство Швеции исходит из того, что для того чтобы произведение рассматривалось как адаптация оригинального произведения, адаптация не должна затрагивать индивидуальность и форму оригинального произведения. Поэтому оригинальные черты исходного произведения должны оставаться неизменными в адаптированном произведении. Если художественная индивидуальность первоначального произведения доминирует в новом произведении, то новое произведение рассматривается только как адаптация.

Чтобы получить отдельную охрану правом на интеллектуальную собственность, то есть, чтобы адаптация была новым произведением, новое произведение должно быть оригинальным и независимым от первоначального произведения, которое использовалось в качестве эталона. Если новое произведение отличается собственным выражением индивидуальности и оригинальности автора, то такое произведение будет рассматриваться как новое и независимое творение.

Что же в итоге решил верховный суд? Прежде всего, он решил, что картина должна рассматриваться полностью. Ведь на ней изображен не только человек с фотографии. Хоть этот человек, Кристер Петтерсон, и изображен в центре картины, тем не менее, главная композиция этой картины существенно отличается от фотографии. Тусклые цвета, суровый пейзаж и символическая коза – все это придает картине совершенно иной смысл, отличный от того, который передает фотография.

“Вместо портрета крупным планом, картина передает аллегорию, предполагающую критику жажды масс медиа в козлах отпущения”. Таким образом, картина является провокацией в форме комментария: Кристер Петтерсон изображает всего лишь предмет внимания таких медиа. Вместе с козой он всего лишь носитель символического сообщения, которое также подчеркивается цветами на заднем плане.

Поэтому, верховный суд решил, что художник трансформировал фотографию таким способом, что создал новое и независимое произведение, которое передает выражение индивидуальности художника. Следовательно, художник не нарушил авторские права фотографа на его известную фотографию Кристера Петтерсона.