Твиттер аккаунт как коммерческая тайна

Есть в США одна компания – владелец и оператор 31 еженедельной газеты, выходящих на территории всей страны. Среди этих газет есть одна – Roanoke Times, или для простоты – “Времечко”. Разумеется, газета зарабатывает на размещении рекламы, или, другими словами, оказывает маркетинговые услуги и предоставляет рекламные возможности как в офлайн среде, так и в онлайн среде, благо у газеты есть аккаунты в социальных сетях.

Итак, с самого начала. До 2010 года издание “Пилот Вирджинии” взяло журналиста для освещения спортивных мероприятий политехнического и государственного университетов Вирджинии как для издания, так и для газеты “Времечко”. В Августе 2010 журналист создал в Твиттере аккаунт в рамках исполнения своих трудовых обязанностей. Содержимое аккаунта являлось собственностью Пилота и лицензировалось газете Времечко.

Целью создания аккаунта было привлечение новых читателей и подписчиков, уведомление уже имеющихся о публикациях статей, взаимодействие с читателями и подписчиками и реклама самой газеты. В Августе 2011 журналист уволился и передал аккаунт Пилоту. Времечко стало искать замену ушедшему журналисту и в Октябре того же года на работу взяли Энди Биттера. В дополнение к стандартной колонке своего предшественника, Энди также получил доступ к аккаунту (логин и пароль).

Энди тут же обновил имя пользователя и установил новый пароль. В круг обязанностей Энди входило использование аккаунта в интересах компании и распространение информации с целью рекламы и продвижения Времечка. Менеджер аккаунта получал доступ к уникальной, непубличной информации: список примерно 27000 читателей аккаунта. Список обеспечивал прямой, неограниченный и последовательный доступ к уникальной группе лиц, которые утвердительно проявили интерес к продуктам Времечка, а именно к новостям, посредством чтения обновлений аккаунта и изъявления согласия получать прямые сообщения.

Наконец, менеджер аккаунта сохраняет исключительное право отправлять прямые сообщения читателям аккаунта, что создает возможность делиться личными сообщениями и информацией, не доступными публично. Аккаунт и описанные источники информации и право на коммуникацию составляют то, что компания рассматривает как свою коммерческую тайну. Аккаунт нужен для того, чтобы генерировать трафик на сайт газеты, а значит и генерировать доходы с рекламы. Аккаунт обеспечивает просмотры страниц онлайн издания благодаря публикации менеджером гиперссылок.

Примерно в Июне 2018 года Энди уведомил своего работодателя о намерении уволиться в Июле. Энди собирался уйти к другому издателю. Компания напомнила Энди, что Твиттер аккаунт принадлежит ей и потребовала, чтобы он передал ей всю необходимую для доступа информацию, чтобы новый журналист продолжал там публиковать ссылки. Энди отказался это сделать. Он стал использовать аккаунт, а значит и коммерческую тайну компании, без ее разрешения и полномочия, которые прекратили свое действие с момента его увольнения.

Энди использовал этот аккаунт для продвижения и рекламы услуг своего нового работодателя. Он уведомил читателей аккаунта, что перешел работать в другую компанию и посоветовал подписываться на ее издания. В Июле 2018 старый работодатель Энди послал ему письмо с требованием прекратить пользоваться аккаунтом и вернуть его. Энди опять проигнорировал это требование. Тогда старый работодатель был вынужден подать на Энди в суд и требовать судебного запрета и предварительных обеспечительных мер.

Согласно позиции суда, дополнительная информация, доступная держателю аккаунта полностью соответствует категориям информации, которая может составлять коммерческую тайну. Доступная информация является коммерческой тайной, потому что 1) имеет самостоятельную экономическую ценность, 2) не является общеизвестной публике и ее трудно выяснить и 3) является предметом обоснованных действий по сохранению ее в тайне.

Коммерческая тайна, доступная конкуренту через аккаунт, позволяет ему недобросовестно конкурировать с прошлым работодателем Энди, посредством получения доступа к уникальной ленте Твиттера и анализа характерных особенностей читателей аккаунта, необходимого для создания востребованного контента, получения рекламных возможностей при помощи отправки прямых личных сообщений, на получение которых читатели изъявили согласие и, что самое главное, напрямую общаться со списком читателей en masse.

Без доступа к аккаунту прошлый работодатель Энди не может напрямую общаться с читателями. Аккаунт не может быть реплицирован, потому что нет гарантии, что все читатели этого аккаунта будут подписываться на новый и новый аккаунт не будет иметь преимущества восьми лет отношений с читателями, построенных благодаря Твиттеру. Ценность и секретность информации доказана посредством усилий сохранить в тайне логины и пароли к аккаунту. Только один человек – Энди – имел доступ к нему. Более того, Энди подписал соглашение о конфиденциальности. Поэтому, информация, доступная в Твиттер аккаунте квалифицируется как коммерческая тайна.

Следовательно, как только Энди уволился и его полномочия на доступ в аккаунт утратили свою силу, использование им аккаунта квалифицируется как незаконное присвоение. После увольнения Энди знал или должен был знать, что не имел полномочия и разрешения использовать аккаунт, размещать там информацию для читателей аккаунта, включая твиты, рекламирующие нового работодателя Энди и рекомендующего подписываться на его издания. Энди знал, что не является владельцем спорного аккаунта или коммерческой тайны, связанной с этим аккаунтом, так как аккаунт ему передал его предшественник.

Таким образом, Энди незаконно присвоил коммерческие тайны своего прошлого работодателя осознанно получив их неправомерными способами – а именно, посредством нарушения своих фидуциарных обязанностей перед предыдущим работодателем, нарушением своей обязанности сохранять секретность информации и не разглашать ее даже сотрудникам предыдущего работодателя, и нарушение обязанности посредством отказа возвратить аккаунт и дальнейшего его использования после увольнения. Поэтому суд решил, что Энди следует запретить извлекать выгоду из его неправомерных действий и принудить отказаться от учетной записи в Твиттере и прекратить осуществлять доступ в аккаунт и публиковать там посты.

Ситуация еще усугубляется тем фактом, что любая попытка воссоздать спорный аккаунт заново, будет бесполезной. Любая попытка воссоздать аккаунт заново не приведет к такой же конфигурации читателей, какая есть на спорном аккаунте. Таким образом, хотя время и расходы, необходимые для повторного создания аккаунта, частично поддаются оценке, не будет возможности воссоздания идентичного аккаунта. Следовательно, компания смогла продемонстрировать суду нанесение ей непоправимого вреда.

Временные ограничительные меры запретят Энди дело то, на что он не имеет права. Значит, Энди не будет причинен вред, если суд вынесет временный ограничительный ордер, защищающий собственность его прошлого работодателя. И наоборот, прошлому работодателю Энди будет нанесен существенный вред, если суд не вынесет временный ограничительный ордер. Любое раскрытие или использование конфиденциальной информации, связанной с учетной записью, неизбежно наносит ущерб способности прошлого работодателя Энди конкурировать на своем рынке, одновременно предоставляя Энди и его новому работодателю необоснованное конкурентное преимущество.