Россия и специальный отчет 301 за 2018

Отчет по большей части практически слово в слово копирует заявление IIPA о выполнении Россией своих обязательств, принятых при вступлении в ВТО, а также закрепленных в соглашении TRIPS. Но есть предложения, которые в заявлении не копируется. Итак, что IIPA рекомендует в качестве действий в 2018 году:

  • Увеличить количество и повысить эффективность уголовных дел за нарушение прав на интеллектуальную собственность, целью которых было бы цифровое пиратство, в том числе сделав акцент на предотвращении преступных действий организованных преступных группировок. Кроме того, уголовное преследование должно быть направлено против тех, кто вовлечен в незаконную розничную торговлю, через которую до сих пор реализуется пиратские ПО, музыка и фильмы.
  • Увеличить количество административных дел (в дополнение к указанным выше уголовным делам) против интернет пиратства – включая стриминговые сервисы, веб-сайты предоставляющие возможность платного скачивания, сайты, помогающие взламывать или обманывать видео игры, файлообменники, сайты BitTorrent, частные серверы, позволяющие обходить официальные серверы видео игры, и иные коммерческие и некоммерческие предприятия, предоставляющие сервисы с ясным намерением содействовать или провоцировать к нарушению, вне зависимости от того, находятся ли серверы (или пользователи) в России.
  • Имплементировать правила, регулирующие операционную деятельность обществ по коллективному управлению правами (ОКУПов), которые подтвердят, что у правообладателей есть юридическая и практическая возможность определять как осуществлять свои права, включая возможность выбирать, кому доверять лицензирование своих прав и сбор вознаграждений, а также выбирать таких лиц (из нескольких) и разграничивать права для их управления. (То, что аккредитация категорически не предусматривает и исключает – фрагментация прав.)
  • Изменить 4 часть ГК:
    • разъяснить основание ответственности для провайдеров онлайн сервисов, которые провоцируют или стимулируют нарушение авторских и смежных прав, или которые способствуют нарушению и не предпринимают разумных мер для предотвращения таких противоправных действий, а также разъяснить определение видов деятельности, осуществление которой освобождает посредников от ответственности (гавань безопасности), чтобы не позволить осведомленным провокаторам или нарушителям извлекать выгоду из гавани безопасности; и
    • разработать дополнительные правовые нормы, которые будут стимулировать интернет сервис провайдеров сотрудничать с правообладателями в борьбе с нарушениями, имеющими место в их сетях. Статья 1253 гражданского кодекса предусматривает, что сервисы посредников, способствующих широкому распространению нелегального контента, не могут извлекать выгоду из исключения ответственности, если знают или должны знать о нарушении (таким образом, статья 1253.1 предусматривает только общие принципы ответственности интернет сервис провайдеров).
  • Изменить статью 1229 гражданского кодекса и решение президиума (2009) таким образом, чтобы дополнительно предусмотреть гражданскую ответственность за коммерческую незаконную торговлю устройствами обхода запретов. Действующее законодательство ограничивает ответственность редкими случаями, когда устройства рекламируются (исключительно) как устройство обхода запретов.
  • Изменить уголовный кодекс таким образом, чтобы предусмотреть уголовную ответственность: (i) за незаконную запись фильмов на камеру в кинотеатрах; (ii) в отношении принципалов юридических лиц, включая за преступления в сфере интеллектуальной собственности (гражданский кодекс ограничивает гражданскую ответственность только юридическими лицами, но не принципалами таких лиц); и (iii) за импорт и коммерческую торговлю устройств обхода запрета.
  • Изменить административный кодекс таким образом, чтобы материальный состав статьи 7.12 (административные правонарушения) был формальным, то есть исключить условие извлечения прибыли, и ужесточить административное наказание до уровня, достаточного заставить воздержаться от правонарушения посредством имплементирования: (i) высоких фиксированных штрафов за нарушения юридическими и физическими лицами; (ii) штрафов, пропорциональных выручке компании (как например это делается за нарушение антимонопольного законодательства); и/или (iii) дисквалификация руководства юридических лиц, то есть отстранение от управления, на срок от одного года до трех.

За последние два года доступ к нелегальной музыке посредством приложений вырос в России в геометрической прогрессии, и самые главные источники этих приложений (Apple и Google) не реагируют быстро (в среднем от двух до трех недель), или, в некоторых случаях, вообще никак не реагируют на требования удалить приложение. Проект закона, который бы блокировал мобильные приложения (тем же самым образом, что и законодательство для веб-сайтов) значительно помог бы решить данную проблему.

Чтобы быть более эффективной, правоприменительная практика в области интеллектуальной собственности в России должна быть лучше скоординирована, и акцент должен быть сделан на уголовное преследование ex officio крупных коммерческих компаний, а также на принятии мер административного характера и ужесточении административных наказаний. Проблема заключалась в невозможности принятия полицией и прокурорами единой формулировки о применении порога наступления уголовной ответственности за онлайн преступления.

Затяжной процесс уголовного расследования также необходимо пересмотреть и исключить, в особенности на провинциальном уровне. Так как правительство продолжает полагаться только на своих экспертов при расследовании, изучении обстоятельств дел и уголовном преследовании, ему следовало бы увеличить количество экспертов и рассмотреть возможность назначения специального подразделения адекватно подготовленных следователей и прокуроров с целью эффективной борьбы с преступлениями в сфере интеллектуальной собственности.

Иные существующие препятствия на пути эффективного гражданской и уголовной защиты прав: (a) отсутствие у полиции и судов презумпции наличия прав на интеллектуальную собственность (то есть необходимо каждый раз доказывать, что являешься собственником прав); (b) чрезмерно обременительные требования в отношении доказывания правового титула; и (c) отсутствие уголовной ответственности для корпоративных (юридических) лиц или принципалов таких лиц.

Требование доказать “полную” цепочку перехода титулов для каждой фонограммы в каждом расследовании особо проблематично выполнить для зарубежных правообладателей вместе с переводом, нотариальным заверением и иными расходами и задержками.