Press "Enter" to skip to content

Встреча со знаменитостью не может быть вознаграждением за отчуждение авторских прав

Майкл и Фрейзер (Fraser Munden and Michael Glasz) – два профессиональных кинематографиста. Специализируются на документальном кино. У них даже есть собственная компания, основанная в 2013 году. Фрейзер отвечает за творчество, а в зоне ответственности Майкла – управление делами компании. Третий участник этой истории – Александр Чоко (Alexandre Choko) – агент по недвижимости, раньше был промоутером боксеров, боксер по призванию и автор книги “Будущее бокса”.

В 2014 году у Чоко появилась возможность оказать содействие в организации и рекламировании шоу Майка Тайсона, которое должно было состояться в сентябре 2014 в Торонто. Для Чоко это еще была хорошая возможность прорекламировать свою книгу. Для цели содействия в организации шоу как раз и были нужны Майкл и Фрейзер. Они оба встретились с Чоко и обсудили детали сотрудничества. После обеда и раздумий, Фрейзер решил согласиться на съемки с Майком Тайсоном, а также снять на камеру встречу Майка Тайсона с мэром Торонто.

Раз согласие было выражено, нужно было обсудить детали. По словам Чоко у него очень близкие связи с Майком Тайсоном, но не может гарантировать “доступ к телу” для целей съемок. Но при этом, Чоко гарантировал, что сможет получить от Тайсона разрешение на использование отснятого видеоматериала для короткометражки. На встрече никаких вопросов по поводу прав на интеллектуальную собственность не обсуждалось. Наконец, когда вроде бы основные детали сотрудничества и работы были определены, Чоко в электронной переписке попросил включить в текст письма оговорку, что он будет собственником прав на весь видеоматериал с Майком Тайсоном.

Майкл и Фрейзер немного оторопели. Поначалу они не согласились. Тем более, что Майкл был студентом первого курса юрфака и не торопился включать эту оговорку в текст электронного письма. Чоко уверял, что такие условия ставит жена Майкла Тайсона – она хочет владеть всеми правами на материал, где запечатлен ее любимый муж, иначе никакой съемки, интервью или документалки не будет, но для начала, собственником должен стать Чоко. Он все “устроит”. Ребята подумали и решили согласиться – благо это было необходимо для дела. В итоге, в тексте электронного письма в адрес Чоко была вставлена фраза, что Чоко является собственником прав на все видео материалы.

В результате, ребята получили “доступ к телу” и могли свободно снимать что хотели, не получая при этом никакого вознаграждения. Они также запечатлели встречу Майка Тайсона с мэром Торонто. Они были единственными, кто смог снять эту встречу, у них, можно сказать быть эксклюзив. Во время работы в Торонто они также обратили внимание на то, что Чоко преувеличил “крепость” его дружбы с Майком Тайсоном, более того, Тайсона раздражало постоянное присутствие Чоко рядом, постоянное его вмешательство в интервью и фотосессии Тайсона.

В один прекрасный день Майкл узнал, что Чоко пытается продать отснятые ими видеоматериалы телевидению. Интервью Майка Тайсона стало набирать популярность на YouTube, поэтому Майкл и Фрейзер решили, что Чоко пытается продать их видеоматериалы профильным медиа компаниям, так как им стало известно, что он пытается с ними связаться и забрать отснятое ими видео. Они отказались передавать ему свои видеоматериалы, так как, с их точки зрения, это было бы предательством и неэтично по отношению к Майку Тайсону.

Данное решение разозлило Чоко. Он стал настаивать, что является собственником видеоматериалов. Он разозлился настолько, что потребовал сообщить ему, где они остановились, угрожая им прислать “посыльного”, который забрал бы у них то, что ему принадлежит “по праву”. Когда Майкл с Фрейзером вернулись в Монреаль, они решили вообще прекратить какое-либо сотрудничество с Чоко. Так как Чоко полагал, что их электронное сообщение является передачей прав на видеоматериалы, они уведомили его о расторжении данного соглашения и отзыве своего согласия (что материалы будут принадлежать Чоко).

Чоко осознал свою ошибку и избрал другую тактику. Во-первых, он принес свои извинения. Во-вторых, он поблагодарил их за отказ продать видеоматериалы. Майкл и Фрейзер, обдумав все еще раз, допустили, что произошло недопонимание между сторонами и в итоге решили заключить с Чоко новое соглашение, которое они обсуждали на протяжении нескольких недель. 3 октября 2014 стороны подписали короткое соглашение, в соответствии с которым Чоко признавался собственником всех видеоматериалов, снятых в Торонто и Монако, но только для архивных целей, то есть продать эти материалы профильным медиа компаниям он не мог.

Фрейзеру предоставлялась исключительная и безотзывная лицензия на использование видеоматериалов для создания производных произведений. Ему также предоставлялось 12 месяцев для подготовки короткометражного фильма и для предоставления Чоко любого иного клипа, который он мог бы использовать для продвижения своей книги так долго, как это сочтет возможным Фрейзер, чтобы не нанести вред проекту Фрейзера. 4 октября 2014 Чоко направил короткое соглашение своему адвокату и попросил составить полное формальное соглашение, проще говоря – окончательное. Тем не менее, ни одна из сторон соглашения не была довольна его условиями, но полагала, что это единственный возможный компромисс.

15 декабря 2015 года Майкл и Фрейзер получили письмо от адвоката Чоко, требующее предоставить копию видеоматериалов и расторгающее короткое соглашение. 21 января 2016 адвокат Майкла и Фрейзера отправил ответное письмо, требующее от Чоко возмещения убытков возникших вследствие нарушения договора, а именно обязательства получить разрешения от Майка Тайсона использовать его изображение. 21 июня 2016 Чоко отправил отцу Фрейзера сообщение, которое Фрейзер, его отец и Майкл рассмотрели как скрытую угрозу. В этом сообщении Чоко советовал отцу Фрейзера ждать “визита” для разрешения проблемы.

13 октября 2016 года Майкл и Фрейзер подали в суд на Чоко с требованием признать ничтожность соглашения от октября 2014 года, а также ничтожность соглашения от сентября (то самое электронное сообщение, по которому собственником видеоматериалов признавался Чоко). Майкл и Фрейзер (истцы) утверждали, что являются собственниками интеллектуальных прав на видеоматериалы, снятые в Торонто и Монако. Они требовали признания соглашения от 4 сентября 2014 года ничтожным и недействительным в силу того, что Чоко обманом ввел из в заблуждение, сказав что жена Майка Тайсона требовала, что Чоко стал собственником видеоматериалов.

Чоко, со своей стороны, утверждал, что все права были ему проданы посредством электронного письма от 4 сентября 2014 года. Согласно его позиции, он является собственником всем прав на видеоматериалы, так как истцы работали на него как операторы в контексте трудового договора. “Было бы беспрецедентным полагать, что оператор может быть собственником интеллектуальных прав просто работая на продюсера”. Под продюсером Чоко разумел себя любимого. Тем не менее, стороны были едины в одном – отснятые материалы являются оригинальным кинематографическим произведением.

Что решил суд? Во-первых, спорные видеоматериалы являются оригинальным кинематографическим произведением, то есть охраняемым объектом интеллектуальной собственности. В этом деле из предоставленных доказательств суду стало ясно, что автором этого произведения является Фрейзер. Хоть Чоко и предоставил истцам “доступ к телу”, тем не менее, у Фрейзера был “карт-бланш” на использование своих навыков, своего умения, на применение своих знаний для создания произведения без каких либо указаний или “творческого вклада” Чоко.

Во-вторых, суд установил, что Фрейзер не был наемным сотрудником Чоко. Он был независимой стороной по договору, который снимал фильм без вознаграждения, с единственной целью создания документального короткометражного фильма о Майке Тайсоне. Он сам оплатил свое оборудование, приехал в Торонто за свой счет, и осуществлял съемку тоже самостоятельно. Более того, суд установил, что Чоко не был никаким продюсером, он всего лишь ассистировал в продвижении, то есть в рекламе, шоу Майка Тайсона и к фильму имеет самое отдаленное отношение.

Что касается электронного сообщения от сентября 2014, то это незакрепленная договоренность, в силу которой Чоко получил бы несколько фотографий и видеоматериалов для своего личного использования и для помощи в продвижении своей настольной книги “будущее бокса”. То есть, ни о каком коммерческом использовании видеоматериалов речи не было. В обмен на это истцы получили бы “доступ к телу” с целью создания документалки. Что касается “требований” жены Майка Тайсона о том, чтобы она была собственницей прав на видеоматериалы, то Чоко на суде заявил, что это не соответствует действительности.

В итоге суд решил, что согласие Фрейзера на передачу всех прав на видеоматериалы, выраженное в электронном письме, было получено в силу ошибочного представления Фрейзера о том, что передача прав была условием для съемки, которое было сформировано благодаря введению в заблуждение ответчиком. Поэтому, как таковое, это “соглашение” было признано судом ничтожным и недействительным. Но суд в этом вопросе пошел еще дальше.

Даже если такое “соглашение” и было бы признано действительным, согласие на его заключение со стороны Фрейзера могло бы быть отозвано или отменено в любое время, так как не было вознаграждения за передачу интеллектуальных прав на видеоматериалы. Фактически, Фрейзер отменил это соглашение, когда отказался передать Чоко видеоматериалы. Но Чоко это не смутило. Он заявил, что встреча с Майком Тайсоном и было тем самым “вознаграждением”, предоставленным за передачу прав на видеоматериалы.

Вот только суд подчеркнул, что цель закона об интеллектуальных правах заключается в том, чтобы гарантировать автору произведения справедливое денежное вознаграждение за результат его интеллектуальной деятельности. В этом деле оно получено не было, значит никакой передачи прав на видеоматериалы не было, а значит Фрейзер является собственником прав на свой результат интеллектуальной деятельности.

Comments are closed.

error: Content is protected !!